В заливе шейха

Когда пришло известие о предстоящей поездке в середине июля в Египет, то первым делом на ум пришли строчки Корнея Чуковского: «Не ходите, дети, в Африку гулять. В Африке акулы, в Африке гориллы, в Африке большие злые крокодилы...». Летом – в Африку?! Но всё оказалось не так страшно. И те сорок градусов, которыми нас встретил Шарм-эль-Шейх, переносятся здесь сравнительно легко благодаря низкой влажности воздуха и частому ветерку с моря. 

Впрочем, до Африки мы и не добрались. Пресс-тур, организованный для казахстанских журналистов одним из крупнейших отечественных туроператоров Tez Tour Kazakhstan, куда был приглашен и журнал «Мир путешествий», включал пребывание только на территории Синайского полуострова, который географически относится к Азии.

История Шарм-эль-Шейха, ныне главного курорта Синая, особенно полюбившегося туристам с постсоветского пространства, – короткая, но достаточно бурная. До 60-х годов прошлого века эти края представляли голую пустыню с редкими стоянками бедуинов и крохотной рыбацкой деревушкой. Когда в 1967 году, по итогам Шестидневной войны, контроль над полуостровом перешел к Израилю, здесь было основано еврейское поселение под названием Офира и построен аэропорт, а позднее проложено шоссе по южной части полуострова вплоть до города Эйлат на юге Израиля. Тогда же это место и стало развиваться как курортное – были возведены первые отели для отдыхающих.

В 1977 году состоялся исторический визит тогдашнего президента Египта Анвара Садата в Иерусалим, где он выступил в израильском парламенте, тем самым признав за еврейским государством право на существование. Последовавшие за этим Кэмп-Дэвидские соглашения и подписанный в марте 1979 года египетско-израильский мирный договор привели к передаче Синайского полуострова обратно Египту и ликвидации еврейских поселений на Синае, в том числе и Офиры. За всё это Садат получил Нобелевскую премию мира и пулю от исламских фундаменталистов.

Жизнь продолжалась, и новый президент Египта – Хосни Мубарак – в рамках стратегии приоритетного развития туризма в стране принимает в конце 80-х годов решение о строительстве курортной зоны на месте ликвидированного поселения (от которого, кстати, до сих пор в районе Хадабы остались многочисленные израильские постройки и даже надписи на иврите на электрощитах). И уже в 90-е годы на картах появляется современный Шарм-эль-Шейх (хотя правильнее было бы называть его Шарм-эш-Шейх). 

Портрет курорта

Сейчас город, название которого переводится как «бухта (залив) шейха» из-за находящейся на берегу могилы бедуинского вождя, тянется с северо-востока на юго-запад  вдоль 35-километрового побережья Красного моря. Слева его ограничивает национальный парк Рас-Мохаммед (занимающий самую южную оконечность Синайского полуострова), справа – национальный заповедник Набк, а на севере – гряда Синайских гор. Эти горы, кстати, не пропуская с севера и без того редкие в этих местах циклоны, делают юг Синая одним из самых засушливых мест на планете. Не редкость, когда за год вообще не выпадает ни капли дождя. 

Население города по разным оценкам составляет от 25 до 35 тысяч человек. Но точную цифру не даст никто. Это связано с тем, что в Шарм-эль-Шейхе живет большое количество бедуинов, коренных жителей полуострова. А их главная черта – мобильность: они часто меняют свои места. К тому же многие до сих пор живут без документов. А женщина-бедуинка еще и часто скрывает, сколько имеет детей. Говорит, к примеру, что двое, хотя родила шестерых. А причина очень простая – боится сглаза: вдруг кто-то позавидует ей, ребенок заболеет и даже умрет. Бедуины во многом сохранили патриархальный уклад жизни, и на этих страницах еще не раз пойдет речь о многих интересных традициях этого народа.

Когда мы делали вылазки в город либо проезжали по улицам во время экскурсий, у меня сложилось впечатление, что Шарм-эль-Шейх – это по сути разветвленная сеть отельных комплексов, сменяющих друг друга, с сопутствующей инфраструктурой и индустрией развлечений. Во многом так оно и есть. В маленьком городке – более 200 отелей разного класса и ценовой доступности. Правда, после катастрофы в результате теракта в октябре 2015 года российского самолета, вылетевшего как раз из Шарм-эль-Шейха, и последовавшего затем решения России о приостановке авиасообщения с Египтом многие из этих отелей сейчас не работают либо задействуют лишь часть своих мощностей. А то, что туристическая отрасль страны до сих не оправилась от потери российских туристов, чувствовалось достаточно хорошо. Да и сами египтяне этого не скрывали.

Город связывает между собой несколько бухт. Первая из них – Шарм-эль-Майя, находящаяся в Старом городе. Но «старый» в данном случае не означает «старинный». Просто это самый первый район, с которого в 90-х годах и началась застройка.

Здесь надо сделать небольшое отступление. При планировании отдыха на Синае необходимо четко понимать, что вы хотите получить. Если едете с маленькими детьми или просто любите понежиться на песочке – это одно. Если хотите увидеть красоту коралловых рифов и вас не пугают акулы – совсем другое. Пляжей в Шарм-эль-Шейхе много, и они разные. В большинстве из бухт они коралловые. Причем характер рельефа таков, что прямо от берега на несколько десятков метров идет коралловое мелководье (где купаться в принципе невозможно), после чего кораллы резко обрываются вниз, а глубина мгновенно достигает метров 10-15 и больше. 

Так вот, единственные полноценные песчаные пляжи с удобным заходом в воду и медленным набором глубины находятся как раз только в бухте Шарм-эль-Майя. Деткам там будет замечательно, любителям подводных миров – не очень (хотя есть и маленькие кусочки с коралловыми рифами). Зато здесь хорошо заниматься виндсерфингом, кататься на воздушных змеях и парашютах. Есть еще бухта Наама-Бей – признанный центр города со множеством развлекательных комплексов, торговых центров, ночных клубов, казино. Там также в основном, можно сказать, песчаные пляжи, поскольку для удобства отдыхающих кораллы были просто вырублены. 

А вот по-настоящему оценить справедливость поговорки, которую я впервые услышал в Доминиканской республике: «Карибское море красиво снаружи, а  Красное – изнутри», лучше всего в таких бухтах, как Рас-Умм-эль-Сид или Рас-Насрани. Хороши в этом плане также бухты Шаркс-Бей (ее еще называют Акульей бухтой), Хадаба, Набк-Бей (здесь располагаются самые новые и продвинутые отели), тем более что находятся они в природоохранной зоне и потому к природе тут особенно бережное отношение. 

И, конечно, настоящее царство обитателей кораллов можно увидеть в национальном парке Рас-Мохаммед и у острова Тиран, куда организуется множество экскурсий. А вот заповедник Набк славится не только кораллами, но и мангровыми деревьями, которые умеют опреснять соленую воду. Кстати, это самое северное на планете место, где они растут. И самое большое мангровое дерево в мире как раз находится в этом парке. 

Возвращаясь к Шарм-эль-Шейху, надо еще сказать, что помимо бедуинов здесь можно встретить жителей практически всех египетских регионов. Ведь для обслуживания гостей требуется огромное количество специалистов туристической отрасли. И большинство из них работает, как говорили раньше, вахтовым методом. Так, наш гид с «редким» арабским именем Мухамед приехал сюда из Александрии. По его рассказам, работать приходится в среднем месяца по два, а затем предоставляется отпуск на 10-15 дней. В Шарм-эль-Шейхе же он и его коллеги живут в недорогих гостиницах.

Но можно прикупить и квартиру. Один квадратный метр стоит приблизительно 400 долларов. То есть квартиру площадью 50-60 кв. метров легко приобрести за 25 тыс. долларов. Причем сделать это могут и иностранцы. Есть, правда, один нюанс: права на жилище у владельца или его наследников действуют лишь в течение 99 лет. К тому же квартиру нельзя продать или сдать в аренду. Земля, на которой стоит дом, также принадлежит только государству. Это касается всего Синайского полуострова. 

Сам же город выглядит очень солнечно и, я бы сказал, весело. Дело в том, что отели и туристические компании очень активно, словно соревнуясь друг с другом, возводят прямо на улицах фонтаны, забавные скульптуры, монументы. За это городской совет освобождает их от налогов. Чего только я не насмотрелся за неделю. Здесь статуя Свободы соседствует со скульптурой «Родина-мать зовет!», пасть гигантского динозавра нависает над мечетью, римские воины охраняют Голливуд, а диснеевские персонажи мирно уживаются с античными божествами. Ну а сам Древний Египет со своими прославленными храмами и пирамидами оживает в величественных декорациях, выплывающих из ночного мрака, словно из глубины веков, на вечернем представлении во дворце «1000 и одна ночь». Конечно, весь этот микст выглядел бы нелепо в обычном городе, но у курортов своя эстетика, и здесь это поднимает настроение.

В гости к бедуинам

Одним из самых ярких моментов нашего пребывания на Синае стало путешествие по пустыне на квадроциклах с привалом на стоянке бедуинов, которые вместе с нубийцами и так называемыми современными египтянами составляют три основных этноса Египта. 

Нубийцы живут на самом юге страны – в городах Луксор и Асуан. У них черный цвет кожи, большие губы и нос, белые зубы, большие миндалевидные глаза, кудрявые волосы.

Внешность современных египтян может быть самой разнообразной. После ухода с исторической сцены фараонов долгие века страной правили римляне, византийские императоры, арабы, крестоносцы, турки, французы, англичане, которые охотно брали в жены египтянок, в результате чего на севере сформировалось совершенно новое лицо, не похожее ни на кого из предшественников. 

Бедуины же – это арабы-кочевники, но имеющие разные корни. Знающий человек легко различит их по куфиям, или в просторечии арафаткам, которые они надевают на головы. Черно-белые арафатки – выходцы из Палестины. Красно-бело-зеленые – из Иордании. Чисто белые – из Саудовской Аравии. Коричневые или бежевые, с украшениями – из Сирии. Кстати, слово «бедуин» означает «житель пустыни» (от арабского «бадия» – пустыня). Поэтому в Египте бедуины живут только на Синае, по Нилу их не встретишь.

...В центре квадроциклов нам выдали красно-бело-черные арафатки. Так как такая же расцветка соответствует цветам национального флага Египта, мы решили, что стали египетскими бедуинами. Коротенький инструктаж (да и что рассказывать: рычажок газа на правом руле и две ручки тормоза на передние и задние колеса) – и в путь! Единственная просьба гида-инструктора – ехать колонной, друг за другом.

Бескрайнее небо, простор, пустыня, горы, скорость, свобода – вот что такое мотосафари на Синае! Квадроцикл настолько прост в управлении, что двух минут достаточно, чтобы ощутить себя с ним единым целым. На отдельных коротеньких участках удается развивать большую скорость, природа всё интереснее, горы подступают со всех сторон, исчезает последняя растительность, вдалеке бредет караван из трех верблюдов, мы въезжаем в ущелье, где нет ничего кроме песка, камней и красноватых скал причудливых очертаний. Мы здесь совершенно одни среди пустынного пейзажа, чем-то напоминающего марсианский.

Но какое путешествие без приключений! Неожиданно после одной из остановок глохнет мой четырехколесный напарник. Подъехавший гид констатирует клиническую смерть вследствие отсутствия поступления крови, то бишь бензина. Собираем по чуть-чуть драгоценную жидкость в пластиковую бутылку от остальных четырех собратьев занедужившего. Мотор вновь благодарно рычит, но через минуту вирус подхватывают два других участника сафари. Пока я жду в стороне, кончается бензин и у меня. В итоге вшестером на двух квадроциклах мы с трудом добираемся до бедуинской стоянки, благо она была уже близко.

Само поселение оказалось довольно основательным. Вдалеке стоял приличных размеров дом с верандами – похоже, двухэтажный. Рядом домик поменьше: традиционный саманный с куполообразной крышей. Поодаль – загон (наверное, для верблюдов), хозяйственные постройки. Даже туалет. Нас разместили в «зале» приема гостей, представлявшем открытое помещение из трех кирпичных стен и квадратных колонн, поддерживавших дощатый настил крыши. На флагштоке развивался почему-то французский флаг, правда весьма потрепанный. Предложили по чашечке горячего арабского чая. Молодой бедуин в сером халате и белой арафатке (из саудитов?) составил компанию. Две наших девушки, чувствовалось, произвели на него впечатление. 

Тем временем, пока наш гид где-то в пустыне качал нефть и перерабатывал ее в бензин, я с согласия хозяина стал приручать его верблюда, лежавшего неподалеку от нас. Вначале «корабль пустыни» был не очень приветлив, но потом даже позволил на себя сесть. 

О верблюдах и девушках

Бедуины в своих скитаниях часто ищут воду в пустыне, и главным помощником в этом является как раз верблюд. Место, где он ложится после нескольких дней пути, может указывать на наличие воды.

Верблюд является и универсальным платежным средством. Средняя стоимость верблюда – две тысячи долларов. Если у животного большая голова, длинная шея, толстый живот, здоровые зубы, высокие ноги, белая или красная шерсть – цена выше. Худой, слабенький, с черной шерстью, красными глазами, старый (а верблюды живут 10-15 лет) может стоить всего 200 долларов. 

Верблюдов можно использовать и в качестве калыма при женитьбе – у бедуинов он называется моар. Его средний размер – 10-15 верблюдов. Но тут многое зависит от невесты. Если девушка красивая, молодая, образованная, отец – шейх, моар может составлять 20-25 верблюдов. Невеста старше 25 лет, некрасивая, неграмотная – моар небольшой.

Сама же девушка не часто выбирает жениха. Нет опыта общения: она ни с кем не дружит, не пользуется интернетом и социальными сетями, не ходит в кинотеатры и спортивные клубы. Поэтому все мужчины для нее – Мохаммеды, Ахмеды, Мустафы, Махмуды, Али – одинаковые. И если начнет выбирать сама, легко попадется на удочку обманщику. Так считают бедуины. 

А потому жених идет прямо к отцу невесты и договаривается с ним. В том числе и о размере моара. Далее, если стороны ударили по рукам, совершается помолвка, чтобы была, наконец, возможность молодым познакомиться. Затем свадьба, замужняя жизнь, которая крайне редко прерывается разводом. В Египте они вообще не столь часты, а у бедуинов особенно. Таков менталитет: всегда обвинят женщину. Даже если муж плохой, виновата жена. Почему не терпела, не дала ему второй шанс? И если все-таки женщина расстанется с мужем, ее шансы вновь выйти замуж невелики. Либо она выйдет замуж за человека, который намного старше ее, либо за вдовца, имеющего детей и нуждающегося в няне для них, либо за какого-то прохиндея.

Вот и живет она с мужем всю жизнь, даже если его не любит. Надевает паранджу, чтобы никому не показывать лицо – такова традиция для всех замужних женщин, – и живет ради детей. Тем более что и работать она не может – не принято. Да, женщины могут на несколько часов выходить на улицы к тем местам, где собираются туристы, и предлагать им сувениры, лечебные травы, полудрагоценные камни: оникс, горный хрусталь. Однако это не считается работой, так они немного помогают мужьям.

Но чтобы не заканчивать рассказ о бедуинках на печальной ноте, добавлю к нему еще пару занятных обычаев, связанных с проверкой способности женщины к зачатию и определением пола будущего ребенка.

Если жених хочет заранее удостовериться, что будущая жена родит ему ребенка, то для невесты готовят арбузный сок с молоком, который она должна выпить. Раздутие живота означает бесплодность, тошнота показывает, что все в порядке. Когда жена уже беременная и после зачатия прошло два-три месяца, можно узнать, родится мальчик или девочка. Для этого муж недалеко от дома сажает ячмень и отдельно пшеницу. А жена каждое утро, как только проснется, должна натощак на них пописать. Пророс ячмень – ожидайте сына. Пшеница же благоволит девочкам. Оба этих способа применялись еще во времена Древнего Египта (в одном из храмов на юге страны есть даже соответствующий рисунок). Но если в городах уже давно используются для подобных целей более современные методы, связанные с достижениями медицины, то бедуины традициям не изменяют.

...Ну а тем временем баки квадроциклов, наконец, заполнены, и мы прощаемся с хозяевами. Ахмед – а именно так зовут приютившего нас бедуина – стоит рядом и грустным взглядом провожает одну из девушек. 

Окончание следует