О чем молчат каменные бабы

Широко распространено мнение, что название «каменная баба» произошло от тюркского слова «бабá» (дед или предок). С этим категорически не согласен российский историк и археолог Игорь Кызласов, считающий, что это изначально русское народное определение, закрепившееся за степными изваяниями в связи с их неказистым и часто женоподобным внешним видом. Кстати, в отличие от Алтая, Казахстана, Кыргызстана и Монголии, где подавляющее большинство степных скульптур отражает черты, свойственные мужчинам, на просторах Украины в основном встречаются воплощенные в камне образы представительниц прекрасного пола.

Споры о предназначении антропоморфных менгиров, ареал распространения которых протянулся от Украины до Монголии, не утихают до сих пор. Кто-то приписывает им связь с усопшими предками и вменяет в обязанности охрану древних погребений. Другие считают, что это каменные изображения воинов на могилах их вождей, установленные с целью прислуживать своим правителям в загробном мире. Третьи полагают, что в представлении наших пращуров в степных истуканов вселялись неупокоенные души убитых ими врагов. А четвертые и вовсе твердят о тотемных божествах и мистических практиках. Но, скорее всего, правы они все. Ведь скульпторами этих незамысловатых шедевров были сыны самых разных народов на протяжении тысячелетий, и за столь долгое время назначение каменных баб наверняка менялось неоднократно.

Увековеченные в металле

В отдаленных аулах на юге Казахстана местные жители до сих пор делают приношения каменным изваяниям, пытаясь задобрить духов своих предков. Нечто подобное происходит и на Украине. Недавно там была обнаружена каменная баба, у основания которой лежали дары в виде денег, вещей и даже еды. Похоже, люди продолжают верить в магическую силу степных истуканов.

Не последнюю роль в поддержании этого своеобразного, а в глазах современного человека и довольно странного тренда играют многочисленные легенды, связанные с вырезанными из камня стражами. Так, в Хакасии во второй половине прошлого века были популярны истории об оживающих в ночи каменных идолах, которые с одинаковым рвением гоняли по степи как местных вандалов, так и профессиональных археологов. Впрочем, сказания эти в основном курсировали в среде участников экспедиций. 

Степные скульптуры – нередкие гости на памятных монетах. На сегодняшний день только на Украине таких известно уже пять.

При этом на 2-гривенной монете 2009 года (рис. 4), как и на 5 гривнах 2005 и 2017 годов (рис. 5 и 6), скорее всего изображены несуществующие либо видоизмененные художниками изваяния. То есть некие собирательные образы. И знаете – почему? Потому что науке неизвестны каменные бабы с украинскими чубами на голове. Казаки ведь хоронили своих мертвецов уже под крестами. А у этих истуканов явно просматривается чуб (оселедец). Как, собственно, и другие детали: шейные украшения, кубки и холодное оружие.

А вот курганный идол на памятной монете в 2 гривны 2017 года (рис. 7) в честь украинского поэта Михайло Петренко – это скифское изваяние V в. до н. э. из собрания музея Института археологии Национальной академии наук Украины в Киеве. У него оригинальная запоминающаяся личина с весьма выразительной бородой. На уровне груди «скиф» двумя руками сжимает рог с вином, а на его поясе закреплен знаменитый меч-акинак. Вывезен он был из окрестностей Ольвии, а именно из-под села Нововасильевка Николаевской области. Кстати, копия этого изваяния под названием «СКIФ» установлена на одном из одиннадцати курганов1 комплекса «Зорова Могила» на острове Хортица. Там еще в XIX веке насчитывалось почти 130 древних погребальных насыпей. 

Из вышесказанного следует, что каменный идол на фоне высокого кургана как на самой монете, так и на сопроводительном буклете – лишь симпатичный коллаж, особый шарм которому придает еще и опустившийся на голову каменного стража сокол.

Общее же для многих курганов название «Зорова Могила» на русский язык можно перевести как «Дозорный курган». Ведь в старину степные холмы нередко играли роль своеобразных наблюдательных вышек, с вершин которых было проще и удобнее обозревать окрестности и своевременно обнаруживать врагов.

Загадочная Мара

Еще интереснее дела обстоят с изображениями (они идентичны) на серебряных 5-и (рис. 8) и золотых 10-и  (рис. 9) долларах 2009 года, отчеканенных по заказу Островов Кука в серии «Двенадцать чудес Украины». Эти монеты как раз посвящены достопримечательностям национального заповедника «Хортица». <р>На переднем плане композиции – четыре антропоморфные фигуры из мемориально-исторического комплекса «Скифский стан». На острове сохранились оригиналы скульптур, послуживших прототипами для монетных изображений. При этом те три, что поменьше, расположились вдоль тропинки в лапидарии – собрании каменных артефактов под открытым небом. В плане этого комплекса угадывается символика солнечного колеса. Принято считать, что по такому принципу закладывались святилища у древних славян.

А вот истукан на переднем плане – вещь совершенно уникальная! Во-первых, потому что улыбающихся каменных баб наши предки не устанавливали, ибо к погребальным ритуалам и смерти относились очень серьезно. А во-вторых, лицо у этого изваяния вообще находится не на своем месте! То есть не на голове, а на груди! Да, да, именно так. Как у мифической монструозной расы блеммиев (они же эпифаги) из античной Нубии. Похоже, голову свою идол потерял уже давно, и какой-то шутник взял да и создал из безликой глыбы новый и вполне себе обаятельный образ. Похожий, кстати, на добродушную старушку, закутавшуюся в пушистый платок и спрятавшую озябшие руки в муфту. В действительности это никакая не муфта: сей предмет историки определяют как ритуальную чашу.

Спрашивается, знал ли создатель эскиза этих монет об удивительных метаморфозах, произошедших с выбранным им артефактом? Скорее всего, нет. Вряд ли он приезжал из-за границы на Хортицу, чтобы срисовать с натуры пару-троечку камней. Не в коня корм! Почти наверняка он воспользовался имевшимися в его распоряжении снимками или рисунками поседевшего от времени идола. Например, зарисовкой статуи, сделанной еще в 1253 году фламандским монахом-францисканцем Гильомом де Рубруком, совершавшим путешествие к монголам по поручению французского короля Людовика IX.

Кстати, поэтапными изменениями внешности интересные сведения о каменной «старушке» с острова Хортица не ограничиваются. К ней до сих пор ходят «на поклон» женщины, мечтающие забеременеть. Почему-то считается, что если обнять истукана и прошептать заветное желание, то оно обязательно сбудется. <р>Интересно, а многие ли знают, что обнимают вовсе не женское, а мужское изваяние?! Да, да, ведь изначально статуя изображала именно половецкого воина! Впрочем, может, поэтому и обнимают...

И еще. Несмотря на то что на табличке у ног «переродившегося» образа значится «ПОЛОВЧАНКА. XII ст. н. э. Запорожская область. Оригинал», доктор философских наук профессор В. А. Чудинов утверждает, что это изображение «русской богини болезней, смерти и загробного мира Мары»! Он лично считал эту информацию с древней скульптуры (по увеличенным фотографиям). По мнению ученого, этот лик не типичный для известных ему изображений Мары. Ну а на половецких изваяниях и вовсе встречается впервые.

Занимался изучением древних артефактов на острове Хортица и российский, а затем советский украиновед, историк и археолог Д. И. Яворницкий (1855–1940), кстати, близкий друг историка Костомарова и художника-живописца Репина. В 1890 году в «Историческом вестнике» (СПб. Т. 41) была опубликована его работа «Каменныя бабы». К 150-летнему юбилею со дня рождения этого ученого в 2005 году была выпущена памятная монета (рис. 10).

Половецкие стражи

По-прежнему обозревает степные просторы и первообраз каменной половецкой бабы с реверса замечательной украинской монеты «Аскания-Нова» номиналом в 2 гривны 1998 года (рис. 11). Ее выпуск был приурочен к 100-летию со дня образования знаменитого биосферного заповедника в Херсонской области.

В официальном описании сюжета значится: «На реверсе размещена композиция, состоящая из изображения степной каменной бабы и динамической группы акклиматизированных в заповеднике животных». Кстати, сразу под рисунком помещен родовой герб Фридриха Эдуардовича Фальц-Фейна (1863–1920), который и основал «Новую Асканию»2 в 1828 году.

Занятно, что на обеих сторонах памятного дензнака увековечены некоторые из обитателей заповедника: четыре вида птиц (отобранных из более чем 270), несколько бабочек, змея и ряд эндемичных растений. А из 18 видов млекопитающих показаны сразу пять: лошадь Пржевальского, благородный и пятнистый (на аверсе) олени, муфлон и бизон.

Там же изображена и самая что ни на есть половецкая каменная баба. Ученые научились определять и классифицировать степных идолов по иконографическому характеру позы и полу изображенного. В данном случае налицо характерные признаки, типичные для скульптур кочевых тюркоязычных народов, известных на Руси под именем половцы (самоназвание – кыпчаки). В XI-XII веках они заселяли обширные евразийские территории от Дуная до Иртыша – так называемую Половецкую степь.

А теперь перенесемся в Исторический музей в Москве. Несмотря на многочисленные повреждения, у обитающей там «половчанки» все еще можно рассмотреть некое подобие шляпки, детали прически и одежды. Хорошо сохранилось украшение в виде шейных гривен или бус. И обязательный атрибут таких статуй – чаша со священным напитком, прижатая к животу.

Схожие каменные изваяния можно встретить в разных уголках Украины. На Харьковщине – в знаменитом культурном парке на горе Кременец. В экспозиции «Половецкие каменные статуи» краеведческого музея в Бердянске. В «Каменных могилах» – отделении Украинского государственного степного природного заповедника. Есть они и в России – к примеру, в Курской области.

Казахстанские балбалы

Монета «Рубеж тысячелетий» – одна из самых редких казахстанских монет (рис. 12). Если не самая редкая. Но не потому, что ее тираж всего 2000 штук, а благодаря тому факту, что она стала первой памятной монетой, изготовленной Казахстанским монетным двором с качеством чеканки proof, что значит «высшая коллекционная». При ее создании применялись новые технологии. Со слов автора эскиза дизайнера Нацбанка РК Виктора Ивженко, «обычно монета имеет форму линзы, а здесь у нее четкая грань – одно тысячелетие; с другой стороны – другое. Эти два изображения ловятся под определенным углом освещения. Такого в мире никто не делал».

На наклоненных к центру монеты плоскостях, символизирующих миллениум, рельефно изображены сюжеты из истории прошлого и признаки будущего. Монета выбивается из ряда привычных тематических выпусков, посвященных культурно-историческому наследию Казахстана. И стоит как бы особняком от последующих серий. Ивженко объясняет это следующим образом: «Первые монеты выпускались по наитию, у нас не было тематики. Делали их к знаменательным датам». Но помимо всего прочего, «Рубеж тысячелетий» – еще и первая из казахстанских монет, на которой изображены антропоморфные каменные изваяния.

В Казахстане эти своеобразные менгиры именуют балбалтас (древнетюркское искусство работы с камнем) или сынтас. В народе же за ними закрепилось название балбалы, с чем большинство современных ученых не согласно, ибо балбалами в древнетюркских погребальных комплексах именовались каменные столбики, вкопанные (иногда рядами по нескольку десятков и даже сотен штук) к востоку от основного захоронения. Они либо представляли символическое изображение поверженных врагов (этой версии противоречит наличие балбалов в женских и даже детских захоронениях), либо служили коновязными столбами, «которые предназначались для лошадей, на которых приезжали родственники и гости, принимавшие участие в погребально-поминальном обряде».

Более ранние изваяния выглядят как плоские каменные стелы с вырезанными на них ликами и руками. Но чем позднее они создавались, тем сложнее становились образы и техника исполнения.

Вообще же, каменных истуканов в казахстанских степях еще недавно можно было встретить повсеместно. Но свои коррективы внесло освоение целинных земель в 50-е – 60-е годы прошлого века, когда под посевы распахивались огромные территории в степных регионах. Простоявшие сотни, а порой и тысячи лет каменные бабы выносились за границы полей или сбрасывались в канавы. В итоге сохранились лишь отдельные камни, своевременно вывезенные и переданные музеям археологическими и этнографическими экспедициями. Сегодня большая часть из них собрана в группы в исторических и ландшафтных заповедниках. Например, в окрестностях гор Шынгыстау, в Чу-Жайсанском святилище (Жамбылская область), в комплексе Кумай (Акмолинская область). Интересные экспозиции с балбалами хранятся в краеведческих музеях Шымкента, Усть-Каменогорска и некоторых других областных городов. А отдельные экземпляры можно встретить даже в провинциальных собраниях.

Охране степных каменных изваяний много сил и времени уделял известный казахский ученый-археолог, востоковед и историк профессор Алькей Маргулан (1904–1985). В честь основоположника казахстанской школы археологии и этнографии в 2004 году увидела свет памятная монета (рис. 13), где портрет ученого соседствует с «орнаментом» из древних петроглифов.

Ну а идолы, украсившие монету «Рубеж тысячелетий», были впервые обследованы археологами летом 1985 года. Тот, что повыше, найден на территории совхоза «Коммунизм» в Жамбылской области, в ущелье Унгурли. Перед нами усатый кочевник с ловчей птицей на правой руке. Почему сразу «ловчей»? Ученые, отвечая на этот вопрос, указывают на местоположение птицы на руке, где обычно и усаживают таких птиц во время охоты. Было также выдвинуто предположение, что это степной орел. Но возможен и вариант с тотемным животным. Левой же рукой человек придерживает кувшин.

Фигуру поменьше с безусым лицом археологи «изъяли» в Улытауском районе Джезказганской области, близ реки Жангабыл. Человек неясного пола обеими руками прижимает к животу все тот же кувшин. Историки обратили внимание и на схожесть сапог у обоих изображенных: они высокие, с «характерным наколенным выступом».

Касаемо возраста изваяний, исследователи пришли к следующим результатам: «На основании формы изображенных сосудов, с учетом типологической принадлежности («половецкий» тип) оба эти памятника датируются 9–11 вв.»3.

Весьма интересным является и тот факт, что раннесредневековые изваяния «стоящих» каменных баб, то есть с проработанными изображениями ног, в казахстанских степях до середины 90-х годов прошлого века вообще не были известны!

Традиция надмогильных памятников под стать балбалам не канула в лету. Сегодняшние казахи, прямые наследники древних кочевников, в память о своих усопших также устанавливают каменные изваяния (в основном в Западном Казахстане). Это так называемые кулпытасы – стелы, испещренные вырезанными в камне витиеватыми надписями. Взглянуть на них, не нарушая покой мусульманских погостов, можно обратившись к давно вышедшей из обращения банкноте Казахстана в 5 тенге 1993 года (рис.14).

В поисках истоков

Я всегда утверждал, что изучение монетных и банкнотных изображений – чертовски увлекательное занятие. Попытаюсь продемонстрировать это на примере личных поисков информации, связанных с памятной монетой в ознаменование миллениума.
Перелопатив сотни интернет-фотографий каменных истуканов, разбросанных по бескрайним просторам Казахстана, Кыргызстана, Алтая, Хакассии и даже Монголии, я так и не нашел изображенных на монете. А потому сделал вывод, что на «Рубеже тысячелетий» поселились собирательные образы. Но вскоре на глаза попалось объявление о продаже муляжей идолов тюркского периода с таким вот описанием: «Балбалы (статуи мужчины и женщины) из пенопласта, верхний слой – песок. Были изготовлены на заказ скульптором из г. Караганды для съемок док. фильма. Но впоследствии так и не были использованы».

Одного взгляда на выложенные снимки было достаточно, чтобы заметить поразительное сходство бутафорных идолов с изображенными на памятном дензнаке. Но мысль о том, что автор эскиза уникальной монеты мог воспользоваться чужой идеей, не укладывалась в голове.

Чтобы разъяснить ситуацию, я отправил запрос в Национальный банк Казахстана. Ответ не заставил себя ждать: «На монете «Рубеж тысячелетий» изображены сынтасы (балбалы, 6-8 вв.) эпохи древних тюрков. Данный образ на монетах является собирательным. За основу использован материал из книги Узбекли Джанибекова «Эхо», издательство «Онер», Алма-Ата, 1991 год». А в приписке значилось, что данный ответ «не является официальным ответом Национального Банка и носит исключительно разъяснительный характер».

К сожалению, в моей обширной библиотеке не оказалось книг ученого-этнографа Джанибекова, внесшего «весомый вклад в дело возрождения национальной культуры казахов». Пришлось вновь осаждать интернет. И вот в небольшой статье «Каменные бабы» И. Л. Кызласова я увидел фотографию археологического объекта, который имел весьма схожие черты с одним из пенопластовых «шедевров», названных продавцом «женщиной». Под снимком значилось: «Кипчакская каменная баба, 11 в.».

Оставалось окончательно установить, являлись ли изваяния на монете собирательными образами. Ведь фотография в статье этому заверению явно противоречила. И тут мне вновь улыбнулась удача. На сей раз в образе одного из завсегдатаев форума «Бонистика-Клуб» под ником Kinbolon, который, увлекшись моей идеей, провел собственное «журналистское расследование». Он-то и выявил достоверный источник с точными указаниями, где и когда обнаружили идолов, изображенных на монете, и где они хранятся сегодня. А именно – в Алма-Ате, в музее народных музыкальных инструментов.

Обширные равнины Украины, Кавказа, юга Сибири и Центральной Азии на протяжении тысячелетий представляли собой историческую коммуналку, где разные этносы и народы сменяли друг друга, даже не всегда догадываясь, кем были их предшественники. Тем не менее они старались по возможности не разрушать чужие погребальные комплексы и побаивались наносить ущерб загадочным каменным бабам. И уже не имеет значения, чем эти страхи были продиктованы. Куда важнее понимать и осознавать, что сегодня пришла наша очередь сохранять бесценные свидетельства уникальной степной хроники.